для больных Рассеянным склерозом
(и не только им и не только для них)
Пособие для больных Рассеянным склерозом. V.III Болезнь как ощущение.


V.III Болезнь как ощущение




Ощущение – это чувство, которое мы
ощущаем, когда что-то чувствуем

из Интернета

Всякая болезнь проявляется в человеке в его ощущениях. Человек ощущает боль: в боку ли она или в грудной клетке и уж тем более, зубную - такую явную и невыносимую.
Какую же боль вызывает наша болезнь? Где даёт о себе знать? Как мы её ощущаем? Никак не ощущаем, нигде не чувствуем. Только ходим как пьяные, да координация слабая или ещё что-то, но не болит же.
Бывают, конечно, ощущения от этой болезни, но всякий раз разные и похожие на другие болячки, свойственные другим заболеваниям. Наш недуг как на маскараде надевает маску и рядится в шкуры других, не столь опасных, рядовых болезней. Здесь мы вполне подходим под определение здорового человека, данное Мишелем Крестьеном - «здоровый человек не тот, у которого ничего не болит, а тот, у которого каждый раз болит в другом месте». Так и у нас: то глотать больно: по ощущениям – горло «перехватило», то из-за боли в пояснице не разогнуться – радикулит, как бы.
В случае с горлом - это было на второй год моего заболевания, иду в поликлинику к ЛОРу. Понимаю, что холодного не пил и не ел, морозным воздухом не дышал - на дворе лето, а глотать неприятно. Врач смотрит горло – всё в порядке, а взглянув на карточку, где указано основное заболевание, направил к неврологу – пляши от печки: это проявление моей болезни. Так даёт о себе знать наш склероз в разных местах и частях тела, на то он и «рассеянный».
Советские психиатры изобрели термин – вялотекущая шизофрения. За это изобретение их на Западе откуда-то исключили или к чему-то не допустили. Мне же это слово «вялотекущая» нравится: оно если не к шизофрении, то к моему заболеванию вполне подходит. Его с полным основанием можно назвать: вялотекущий рассеянный склероз. Недуг вяло крадётся по организму и как лазутчик неожиданно вылезает, чтобы совершить очередную диверсию. Ещё римляне говорили: невидимое зло всегда тревожнее
Таким образом, нашу болезнь мы ощущаем не по боли, а постфактум: ходить стали хуже, ещё что-то плохое, дискомфортное - не так как обычно.
Конечно, есть постоянные очаги проявления болезни – константа, одним словом. Для меня это всё те же правая нога и правая рука.
Известно положение Эпикура: если боль мучительна, она не продолжительна, если продолжительна, то не мучительна. Не менее известно также, что Цицерон доказал его несостоятельность.
Между тем, наши ощущения болезни вполне соответствуют этому изречению Эпикура. Наш недуг не зубная боль - сколь мучительная, столь и непродолжительная. Наш недуг чересчур продолжителен – куда уж дальше, но будем откровенны, не так мучителен.
Несомненно, Марк Туллич копнул значительно глубже Эпикура, взявшись доказать несостоятельность его мысли. Наверняка имел в виду боль, в частности, душевную от продолжительного заболевания, тем более, неизлечимого, если таковое понятие существовало в то время.
Но так ли уж прав Цицерон, доказывая очевидное и кому нужно его доказательство? Боже сохрани, делать ревизию мнению «первого интеллектуала», а именно так его называют. Возьмём на себя смелость не то, чтобы поспорить с Марком Тулличем, а порассуждать в векторе его опровержения мысли Эпикура.
Выстроим цепочку:


  1. болезнь неизлечима – боль от этого мучительна;
  2. сколько жить тебе Богом отпущено – неизвестно.
Из этого следует: до конца дней своих – мучайся (вспомним: «пробочка над склянкой йода …»). А оно нам - как говорят в Одессе, - нужно, чтоб мучиться до конца дней своих?
Мне кажется, М.Т.Цицерон выступил здесь, своего рода предчетей литературной критики в целом и Н.А.Добролюбова, в.частности. Только последний всё же увидел луч света в тёмном царстве, а Марк Туллич своим прагматизмом эпикуровский лучик света плотно зашторил и тёмное царство оставил не только прежним, сделал его хуже – беспросветным для подобных мне больных неизлечимым недугом.
Всё же Эпикур с его призывом к радостному ощущению жизни нам более приятен, чем трезвомыслящий прагматик Цицерон. Вряд ли будет большая практика у врача, ставящего больного перед фактом беспощадного диагноза и не дающему ему никакой (!) надежды, даже слабой на какое-то пусть маломальское, но облегчение его положения.
Вернёмся к той же зубной боли: нерв в зубе удалили - можно жевать дальше. Мёртвый зуб недолговечен? Тоже решаемо: коронка, в конце концов, удаление, а затем всё что угодно - бюгель, протез, но ты будешь жевать! А нам, какой повреждённый нерв удалить? И где?!!!
Медицина изучает болезни, даёт им названия по-латыни, рекомендует курс лекарств для их лечения. Какие-то заболевания излечимы полностью, какие-то не до конца (остаются осложнения), а какие-то не излечимы вовсе.
Коль волею судеб суждено мне быть в третьей, последней категории, там где «вовсе», то по большому счёту «мне глубоко плевать» как научно называется мой недуг, который к тому же не лечится – «благородный» он или нет. Помните: дворовый у Некрасова болен «не хрипотой, не грыжею - / Болезнью благородную / Какая только водится / У первых лиц в империи / …по-да-грой именуется». Назови мой недуг, как говорится, хоть горшком, только … помоги мне от него избавиться. Верно называют наслаждением избавление от любого страдания.
Полностью избавиться от него, как мы знаем, не получится, но свести к минимуму неприятные ощущения от проявления болезни (как бы она не называлась) вы можете - см. предыдущий раздел.
Более того, добиться приятных ощущений, не от болезни, нет!, от сегодняшнего дня тоже удастся. Для этого необходимо дочитать заметки до конца и придерживаться вывода, содержащегося в них: всё решаемо, в той или иной степени, но всё решаемо!
Nil volenti difficile est – ничего нет трудного, если есть желание (лат).


Вверх